Кикимора Лимнатис
Veni, vidi, fugi.
Мы с подругой отмечали мой прошедший день рождения и, как положено двум студентам-гуманитариям, немного подискутировали об истории. О римской истории. И я в процессе обсуждения торжественно пообещала написать гневнопсто в защиту Луция Корнелия Суллы, римского полководца, диктатора и просто хорошего человека шикарного мужчины. Дело в том, что в историографии его как-то принято мазать исключительно черной краской, а настоящая историческая наука, как известно, не терпит черно-белых тонов.


"Все черты внешнего облика Суллы переданы в его статуях, кроме разве взгляда его светло-голубых глаз — тяжелого и проницательного — и цвета его лица, который делал еще более страшным этот и без того трудно переносимый взгляд". (Плутарх "Сравнительные жизнеописания: Сулла").
И когда я сталкиваюсь с представлениями о Сулле, которые имеются у людей...у которых они вообще имеются, у меня создается впечатление, что эти люди один раз встретились с Суллой взглядом и до сих пор не могут справиться с охватившим их животным ужасом. Имидж "кровавого тирана" ему создала еще римская историография, но мало кто вообще удосуживается подойти к ее "мнению" критически. Тем более, глаза слепит блеск пришедшего чуть позже Цезаря, который многим представляется чуть ли не идеалом правителя. Милосердный ко всем врагам Цезарь нам встречается ничуть не реже, чем маниакально жестокий Сулла.
А тем временем источники сообщают нам... "Жители Эклана испугались и сдали город. Его Сулла отдал на разграбление, так как он перешел на римскую сторону не из благорасположения к римлянам, а в силу нужды, остальные же города, переходившие на римскую сторону, Сулла щадил, пока не подчинил все племена". (Аппиан "Гражданские войны) Ничего не напоминает? Или Цезарь прощал перешедших на его сторону врагов по-другому, более мягко, что ли?
Но оставим врагов внешних, благо, жестокое отношение к ним никто Сулле в вину и не вменяет. А как же обстояло дело с врагами внутренними? Да, проскрипции были, они были ужасны, и я, сторонник всяческих прав и свобод человека, их оправдывать не собираюсь. Но почему все забывают, как мы докатились до жизни такой?
Сулла берет Рим в первый раз, показав себя героем - насколько герои вообще возможны в гражданской войне. И что он делает? Что нам сообщает Аппиан по этому поводу? "Тогда удалены были из Рима в изгнание Сульпиций, бывший еще трибуном, и вместе с ним Марий, шесть раз отправлявший консульскую должность, сын Мария, Публий Цетег, Юний Брут, Гней и Квинт Граний, Публий Албинован, Марк Леторий и другие, всего 12 человек. Всем им поставлено было в вину то, что они возбудили волнения, вели войну против консулов, объявили рабам свободу, чтобы побудить их к отложению. Все они объявлены были врагами римлян, и всякий встречный мог безнаказанно убить их или отвести к консулам. Имущество их было конфисковано. Против них посланы были сыщики, которые и захватили Сульпиция и убили его". Двенадцать человек, покусившихся на основу всего римского общества - на рабство. И где этот миллион человек, убитых лично Суллой?
Читаем дальше. "Между тем в Риме Сулла, несмотря на то, что он как первый, захвативший город при помощи вооруженной силы, мог бы, пожалуй, стать единоличным владыкою, добровольно отказался от применения насилия, после того как отомстил своим врагам. Отослав войско в Капую, Сулла снова стал управлять как консул. Со своей стороны, сторонники изгнанных, в особенности принадлежавшие к числу зажиточных, а также многие богатые женщины, придя в себя от страха пред вооруженными действиями, настойчиво добивались возвращения изгнанников. Они этого добивались всеми средствами, не останавливаясь ни перед какими затратами, ни перед злоумышлениями на жизнь консулов, зная, что, пока они живы, возвращение изгнанников невозможно". И что делает наш кровавый тиран? Устраивает кровавые репрессии против всех сочувствующих? Нет, он спокойно поворачивается спиной к родному городу и отправляется воевать с Митридатом. Рим вполне предсказуемо оказывается в руках Мария и Цинны, которые уже не стесняются. "Помимо всего этого, Марий и Цинна после стольких убийств, совершенных без судебного разбирательства, пожелали еще придать своей власти видимость законности и выдвинули обвинителей против жреца Юпитера Мерулы, будучи разгневаны на него за то, что он, хотя и с соблюдением законного порядка, был преемником Цинны по консульству".
Сулла, навоевавшись, собирается домой, но ждет его там не триумф в честь одержанных славных побед, а... "Римляне, остававшиеся в городе, хорошо знавшие нрав Суллы и помнившие его прежний штурм и захват Рима, были в страхе при мысли об изданных против Суллы декретах, о разрушении его дома, о конфискации его имущества, об убийстве его друзей, о случайном спасении его потомства. Они считали, что средины для них нет — либо победа, либо окончательная гибель. Поэтому в страхе они примкнули к консулам против Суллы, послали в Италию за войском, продовольствием, деньгами; как бывает всегда во время крайней опасности, была проявлена тут большая энергия, огромное рвение".
Сулла второй раз берет Город, и вот тут-то все заверте… Но, если оправдывать его мы не будем, то понять-то точно можем, правда?
И еще раз о милосердном Цезаре. Вот вы представьте, что было бы, выживи он после всем известного покушения. Простил бы он своих убийц? Ох, он бы их так простил… А потом бы выкопал и еще раз простил.


И маленькое приложение: портретик от неизвестного артера.


@темы: я не историк, я только учусь